Поделиться новостью

мп

Жена художника… Очень многие спутницы знаменитых мастеров так и остались в памяти поколений просто как «жена». А ведь история знает немало примеров, когда художник смог состояться благодаря заботе и самоотверженности  своей супруги. Поэтому каждая из этих женщин заслуживает того, чтобы о ней помнили.

«14 сентября скончалась в Кисловодске Мария Павловна Ярошенко. Она хворала давно, жила долго. Она была до последнего времени бодрая, живая, деятельная… Ушел из жизни прекрасный образец женщины-друга, знавший на своем веку много самых выдающихся людей, бывшей с ними в самых лучших отношениях — Достоевский, Тургенев, Л. Толстой, В. Соловьев, Короленко, Гаршин, Менделеев, Кавелин, Крамской, Ге и все выдающиеся передвижники лучшего времени бывали у них, пользовались их гостеприимством, лаской, участием.» — написал 18 сентября 1915 года М.В. Нестеров. Прошло столетие, но память о жене Н.А Ярошенко до сих пор жива. Она не только в воспоминаниях современников, но и в большом интересе сегодняшних посетителей музея к жизни этой удивительной женщины.

Какой она была, к чему стремилась, что для неё было самым важным? К сожалению, ничего не известно о жизни Марии Павловны до замужества, практически не выяснены обстоятельства их первой встречи. Не сохранились письма Николая Александровича, да и Мария Павловна,  составляя в 1908 году биографию мужа и, конечно, имея повод рассказать о своей роли в его судьбе, просто написала: «А в 1874 году Н.А. женился», даже не упомянув своего имени.

А вот о дальнейшей её жизни мы узнаём из воспоминаний друзей.  М.В. Нестеров (1862-1942), выдающийся художник, один из самых близких друзей писал о Марии Павловне: «Невеста его [Ярошенко] была ему под стать, она исповедовала те же убеждения, что и он, училась на Бестужевских курсах, была деятельной общественницей и, так же как и он, любила искусство, мечтала стать художницей. Полюбив друг друга, строя планы на будущую жизнь, они подошли к вопросу: можно ли заниматься искусством серьезно, отдавая ему все свои силы, будучи супругами? Не будет ли такое невольное соревнование им помехой? И пришли к тому, что один из них должен отказаться от мысли стать художником. Мария Павловна, признавая за ним больше прав, больше шансов на серьезный успех, словом, его превосходство… за всю жизнь, живя душа в душу, ни разу не взяла кистей в руки».

         Отказавшись от мечты профессионально заниматься живописью, она поступает вольнослушательницей на Бестужевские курсы, бывшие в то время первым женским университетом в России. Закончив курс обучения, в течение долгого ряда лет она была активным членом «Общества для доставания средств», одним из учредителей которого был известный педагог и общественный деятель Александр Яковлевич Герд (1844–1888). Его портрет, написанный Н.А. Ярошенко в 1888 году, представлен в экспозиции кисловодского музея. Вот как об этом периоде жизни Марии Павловны вспоминала бывшая курсистка, позировавшая художнику для картина «Всюду жизнь», Стефания Караскевич-Ющенко (1863-1918): «Трудно перечислить все виды и формы помощи, которую она оказывала одиноким, закинутым в Петербург девушкам, очень часто порвавшим навсегда с родной семьёй ради курсов…Помощь оказывалась так, что не было ни намёка, ни тени того, что зовётся благодеянием…Мария Павловна умела оказывать помощь даже самым самолюбивым и до дикости застенчивым людям».

С конца 70-х годов в петербургской квартире художника стало традицией проводить по субботам рисовальные вечера. Вскоре эти творческие встречи   вышли из чисто профессиональных рамок и на «Ярошенковские субботы» стал собираться, как писал М.В. Нестеров, весь культурный Петербург, цвет русского искусства. «Общество, которое собиралось у Ярошенок, — вспоминала Анна Ивановна Менделеева,супруга известного ученого, — было самое разнообразное — литераторы, доктора, студенты, общественные деятели, профессора, но все одного круга интеллигентных людей, с либеральным образом мыслей…Кто раз побывал у Ярошенко — делался постоянным их посетителем». Душой «Ярошенковских суббот» была прекрасная собеседница, гостеприимная Мария Павловна.

В 1885 году наступил новый период в жизни семьи. Супруги приобрели в Кисловодске усадьбу. М.В. Нестеров, часто бывавший у них в гостях,  вспоминал: «Кисловодск ещё не был тогда модным курортом, каким стал позднее. Многоэтажных отелей не было, всюду были ещё голубые хатки, встречались соломенные кровли. Такие усадьбы как у Ярошенок были на счету. Жилось приятно». Мария Павловна и здесь жила «той же кипучей, деятельной жизнью, как и в Петербурге, с тою разницей, что здесь прибавлялась масса кисловодских обывательских дел: из Станичного Управления, из кружка горожан, хлопотавших о введении городского устройства в Кисловодске, из десятков местных семей, которые шли за советом к «полковнице», так называли М.П. обыватели…У Ярошенок в доме появилась «дочка» Надя Волжинская, удочерённая родственница Николая Александровича, мать которой умерла вскоре после рождения Нади» (С.Караскевич-Ющенко).

А вот какой  предстаёт  Мария Павлова в воспоминаниях Елены Давыдовны Аглинцевой. Дача Аглинцевых «Сюрприз» находилась на территории нынешнего санатория «Узбекистан»: «Мария Павловна была женщиной умной, одарённой…Среднего роста, смуглая, со жгучими вьющимися волосами, черными глазами, она любила побеседовать, посмеяться, покритиковать, а когда нужно — возмутиться несправедливостью и стать на защиту обиженного, она делала это, не задумываясь…Всегда была приветлива, бодра, весела. Свою кипучую энергию она бросала в хозяйство. Любила принимать у себя знаменитостей…Здесь можно было встретить Шаляпина, Собинова, Станиславского, художников Репина, Нестерова, композитора Аренского и многих других. Радушие и самое теплое гостеприимство бывало оказано каждому. Остроумные беседы, пение, музыка и всякие шуточные экспромты царили на вечерах у супругов».

Замечательное время. Проводя практически каждое лето здесь, в Кисловодске, Мария Павловна проявляет себя как прекрасная, умелая хозяйка, она занимается строительством дома, который друзья назовут «белая вилла», благоустройством и содержанием в образцовом порядке усадьбы. Интересная информация об этом была в отчете врача кисловодской группы Ф.И. Пастернацкого за сезон 1890 года : «…дома и усадьбы…носят на себе отпечаток своих хозяев. …В частных домах, принадлежащих гг. Кахановой, Ярошенко, Аглинцеву и др. приезжий встречает…удобства, удовлетворяющие его требованиям».

Но пройдет несколько лет и в письме Нестерова от 04 сентября 1897 года читаем: «На Кавказе я прожил лето очень хорошо, встретился с людьми милыми и хорошими. Ярошенко были по обычаю своему и ласковы, и гостеприимны, Николай Александрович чувствует себя нехорошо, без голоса и последнее время заметно покидает его энергия и сила воли, он становится раздраженным, и Марии Павловне приходится трудно». Именно здесь, в Кисловодске, ей пришлось пережить самое тяжелое горе. 7 июля 1898 года скоропостижно скончался Николай Александрович. Она приняла решение похоронить мужа рядом с усадьбой в ограде Собора Николая Чудотворца. «Его смерть — внезапная и никем неожиданная — наложила печать неизгладимой тоски на всю жизнь Марии Павловны. Она не плакала, не говорила постоянно о покойном. Но вся изменилась: в привычках, в работе, в отношении к людям. У неё осталась одна забота: сберечь и сохранить картины Николая Александровича и его товарищей, в разное время ими подаренные…» (С. Караскевич-Ющенко). Она организовала посмертные выставки, издала в 1908 году альбом «Н.А. Ярошенко, его жизнь и произведения», в котором были представлены 48 фототипий (репродукций) картин художника. К сожалению, не исполнилась при жизни Марии Павловны мечта о создании музея имени Н.А.Ярошенко. Её предложение о «готовности пожертвовать картинную галерею покойного мужа  тому учреждению, которое примет на себя постройку необходимого для помещения галереи здания в Кисловодске или в Пятигорске» не заинтересовало министра народного просвещения Кавказского учебного округа Н.П. Боголепова. А ведь это была воля художника, чтобы картинная галерея, в которой были свыше 100 картин 80 русских художников, «осталась в пределах Кавказских Минеральных Вод». Мария Павловна в своем завещании распорядиться передать эти работы в Полтаву, на родину мужа. Кисловодскую усадьбу она завещает продать и на полученные деньги:

  • «…построить здание санатория для больных туберкулезом на Кавказе;
  • …устроить в г. Кисловодске земское или городское училище…(для мальчиков, девочек или смешанное);
  • …внести …в Московскую школу живописи и ваяния — шесть тысяч рублей для учреждения стипендии имени Николая Александровича Ярошенко; стипендия эта должна выдаваться наиболее способному и нуждающемуся ученику, без ограничения возраста, религии, национальности, происхождения…;
  • …если…останутся ещё…деньги употребить их…на расширение и улучшение школы в Кисловодске»

14 сентября 1915 года в своей усадьбе на руках Ольги Михайловны Нестеровой, дочери художника , скоропостижно умирает Мария Павловна. « Не стало деятельной, умной женщины. С ней вместе ушла целая полоса жизни. Мария Павловна была дивным, прямодушным, душевным человеком… Множество людей знали и любили Марию Павловну особой почтительно-восторженной любовью. Её не забудут знавшие её, как не забывается всё лучшее, всё благородное, что выпадает на долю людей. М.В. Нестеров». Похоронили её рядом с мужем.

Жена художника…. Она осталась не только в воспоминаниях и письмах современников. Образ Марии Павловны сохранили портреты, написанные мужем в разные годы. Николай Александрович написал четыре портретах жены, но на сегодняшний день известно местонахождение только двух. Это портрет 1875 года, находящийся в  Полтавском музее и портрет 1880-х годов нашей коллекции.

Однако, в собрании музея есть ещё один уникальный портрет Марии Павловны.. Это работа Ольги Михайловны  Шретер (1886 — 1973), выполненная в технике вышивки. Ольга Михайловна — дочь художника М.В. Нестерова от первого брака.  В 1899 году, по приглашению Марии Павловны, 13-летняя Ольга впервые приезжает в Кисловодск, где еще на раз будет гостить. В 1911 году она вышла замуж за молодого ученого Виктора Шретера. В 1918 году у них родилась дочь Ирина, в будущем профессиональный художник, много лет  работавшая на киностудии «Мосфильм».

Ольга Михайловна и её дочь оказали большую помощь музею. От них поступили в нашу коллекцию живописные и графические работы, письма и фотографии, а также удивительные по технике исполнения портреты хозяев и гостей кисловодской усадьбы. Это «Портрет Н.А.Ярошенко (1961)», «Портрет К.С.Станиславского (1964)», «Портрет Ф.И. Шаляпина (1965)» и замечательный «Портрет М.П. Ярошенко». Образцом для этой вышивки послужила фотография утраченного портрета Марии Павловны, написанного Н.А.Ярошенко в 1875 году.

В собрании музея хранятся замечательные работы художников XIX- XX века. Среди них есть и удивительные женские портреты известнейших мастеров   — И. Крамского, К. Лебедева, П. Заболоцкого и других. Познакомиться с ними можно в эти дни на выставке «Женский портрет XIX века», посвященной памяти Марии Павловны Ярошенко.

 

Боровик А.М., научный сотрудник музея.

Приложение: портреты М.П. Ярошенко

  1. Ярошенко Н.А. Портрет М.П. Ярошенко, жены художника. 1880-е.
  2. Шретер (Нестерова) О.М.(1886-1973) Портрет М.П.Ярошенко.  1960-е. Холст, шелк, гладь.

 

3 комментария.

  1. Людмила:

    После посещения музея остались теплые, приятные впечатления. В очередной раз удивляюсь и восхищаюсь богатству представителей различных культурных плеяд того времени. Особые чувства уважения и восхищения вызывает Мария Павловна, посвятившая всю свою жизнь творчеству мужа. Благодарю всех сотрудников музея за сохранение интересного культурного наследия! Рекомендую посетить это место всем гостям города без учёта возраста.

  2. Valter Sousa • 20 de Agosto de 2010 às 00:39Tenho aprendido com meus novos amigos de Marketing de Atração e Internet Marketing que a gente ganha em dobro quando doa alguma coisa. Já vi bloggers por aí que se negam a compartilhar a fonte de seus coecnhimnetos. Você foi muito generoso comigo, Celso, e terei muito prazer em citar você quando contar a história da construção do meu blog. Grande abraço, amigo.

    • “What are the “Jewish people” struggling to be liberated fr;8?&#m221oFrom themselves I think. Imagine if you spent almost every day of your life obsessing over or at least thinking about your ” identity”. It’s enough to make anyone crazy.

Оставить комментарий