Мама и «муттер» Н. А. Ярошенко

 

 

Из письма Николая  Александровича Ярошенко- жене  Марии Павловне  Ярошенко:
(Петербург-18 июня 1886 год)

«…….Милая моя Манушка!  У себя дома я нашел полный сумбур, хотя полы и кончили переделывать, но теперь красят кухню, окна и двери в кухне, спальне и столовой, всюду беспорядок, запах краски, так что мутер спит в гостиной, а я в своей мастерской.

Муттер выглядит очень хорошо, бодро, ноги у нее не болят; вообще  она гораздо лучше, чем в прошлом году, и пока, кажется, о поездке на Кавказ не мечтает. От мамы получил письмо, в котором она сообщает, что выедет из Полтавы не раньше 20-го числа, очень может быть, что это письмо ты получишь почти перед ее приездом, поцелуй ее за меня хорошенько.»

Из одного письма Николая Александровича Ярошенко (отрывок из которого здесь приведен), мы буквально ощущаем ту теплоту и заботу, которую он проявляет к своим близким людям. С одинаковой любовью он относится к двум мамам — собственной Любови Васильевне

Любовь Васильевна Ярошенко, урожд. Мищенко (1822 – 1890), мама Николая Александровича

и к теще — Анне Евстифеевне Навротиной (между собой Николай Александрович и Мария Павловна шутливо именовали  ее «мутер» на немецкий манер)

Анна Евстифеевна Навротина, теща Николая Александровича

— много тепла и семейной атмосферы внесла она  в дом художника. Добрая, хлебосольная старушка,  прожившая в семье Ярошенко до самой смерти, вызывавшая с его стороны  чувство привязанности и участия.

Ярошенко изобразил ее однажды за самоваром: Анна Естифеевна балуется чайком, сахар вприкуску и баранки…

Репродукция. Ярошенко Н.А.(1846-1898) Старушка за чаем (рисунок итальянск. карандашом). Альбом «Николай Александрович Ярошенко 1846-1898». Фототипии К.А. Фишера.

Нет, никак не «муттер» — «матушка», конечно (и это старосветское — «Естифеевна»).

«Анну Естифеевну невозможно вспомнить иначе, как с блюдом в руках. На блюде дымится пирог, разварная рыба или ветчина, и сквозь тонкий пар улыбается милое старческое лицо — все в морщинках, складочках и ямках, все светящееся несказанной добротой.— рассказывает близкий друг семьи Ярошенко, писательница Стефания Караскевич.

«На зиму съезжалась в Петербург родня Николая Александровича. Почетное место посреди стола занимала его мать, Любовь Васильевна, полтавская генеральша, красивая старуха с тонкими чертами лица,— вот ей бы вполне пристало быть «мутер», но на семейном языке она серьезно, без смешливости именуется «мама».- писал Владимир Ильич  Порудоминский.   В разговорах Николая Александровича с друзьями и родственниками неизменно чувствуется забота о здоровье и жизни мамы.

Такие разные женщины, но так любимые своим сыном и зятем Николаем Александровичем Ярошенко —  замечательным художником, генерал-майором, прекрасным психологом, заботливым, тонким,  глубоко порядочным, благородным человеком.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.